Previous Entry Share Next Entry
Гаудеамус игитур. Глава 7.
ladygodiva77


       Лида безбожно опаздывала. Эта совсем не королевская привычка раньше никогда не мешала ей жить, но опоздать на самолет в Италию - это было уже как-то совсем необдуманно и неудачно.

   Виною тому была длинная витиеватая пробка, в которой встряло её такси. Она нервно оглядывалась по сторонам, надеясь увидеть впереди хоть какое-то призрачное движение вперед.

 Водитель приглушил музыку:

 - Это не настолько важно, как вам кажется. Попробуйте расслабиться, тем более, что мы - успеваем.

   Лида оторопела.

 - Откуда вы можете знать... - Ей было трудно подбирать слова, потому что то, что сказал водитель, звучало как самонадеянность и наглость.

 - Что важно и что не важно? - он закончил фразу за нее. Лиде оставалось лишь кивнуть. - Я  могу сказать вам это, продолжил он, чуть медленнее и тише, словно подбирая слова, но это знание может сильно изменить вашу жизнь.

  Лида уже не знала, как реагировать на этот спонтанно возникший диалог. Обычно такие дискуссии радовали ее своей возможностью блеснуть знаниями и отточить слог, но сейчас ни время, ни место не были подходящими. Поэтому она решила просто промолчать.

 - Есть только одна важная вещь  - и для вас, и для каждого. И эта вещь - а точнее событие - это ваша смерть.

  Лида собиралась все-таки что-то ответить,  раз уж они оказались заложниками этого дорожного тупика, но поперхнулась и закашлялась.

- Вы в своем уме?  - наконец почти прорычала она, - Я еду в аэропорт, а вы мне гадости говорите перед дорогой.

 - Обидно, правда?- Он уловил почти детское негодование в её голосе. - Но вы не стесняйтесь, об этом мало кто умеет говорить.

 - О чем – об этом:  о смерти? - Лида пыталась взять себя в руки и вырулить на светскую беседу. От настроения этого человека все-таки еще зависело, как быстро она попадет в аэропорт.

 - О своей смерти. Ведь вы же никогда не думали о том, что рано или поздно всё это закончится? Не так ли?  Никто не думает.

- Он поднял глаза и посмотрел на свою пассажирку в зеркало заднего вида. - Редкое счастье выпадает серьезно больным людям - у них иногда есть шанс подумать об этом заранее и что -то изменить.

 - И тогда они выздоравливают? - Лида все еще не могла поймать магистральную мысль этого разговора, чтобы опередить своего собеседника хотя бы на шаг. Ей захотелось перехватить инициативу. Вся история философской мысли  была к ее услугам в эту секунду - и можно было хорошо и четко аргументировать: мало кто из философов обходил тему смерти стороной.

 -  Совсем не обязательно, но бывает и так. Здесь важно другое: сколько бы вы ни говорили о смерти, ни читали о ней книг, не смотрели ужасных картинок с растерзанными телами и похоронными процессиями, сколько бы вы ни присутствовали в качестве провожатых на похоронах других людей вы никогда по - настоящему, до самой глубины своего существа, не поймете и не прочувствуете, что ваша жизнь однажды точно также закончится. А это - одно из самых удивительных открытий, которые стоит сделать еще в ранней юности.

 - Зачем? Чтобы обречь себя на постепенное увядание? Знаете - есть такие люди, которые и в молодости уже как старики.

 - Дело не в том, чтобы носить на молодых плечах седую голову. Дело в том, что только перед порогом смерти мы задаем себе самые правильные вопросы. Самый главный из них: "Для чего я сюда приходил?" – А отсюда проистекают и все остальные:  "В чем смысл моей жизни?" и "Как я хочу прожить свою жизнь?" Ну и наконец: "Что мне нужно сделать, чтобы это у меня получилось?".

  Он немного помолчал, а затем продолжил:

 - Та беспомощность и отчаяние, которое накатывают на вас, когда вы понимаете, что времени на лишние маневры у вас уже нет, да и возможностей, на самом - то деле для этих маневров тоже нет, они способны раздавить своей мощью. Потому что... - он снова замолчал, и в эту секунду Лида вдруг поняла, что этот человек сейчас говорит о чем-то очень важном именно для него самого, об очень глубинном и личном, и ей на мгновение показалось, что ему трудно продолжать этот разговор. Но он словно взял себя в руки и продолжил: - Потому что ничего нет страшнее понимания, что уже ничего нельзя изменить и второго шанса не будет. Никогда не будет.

 - Нуууу, а как же реинкарнация? Другие жизни?  - На самом деле Лида совершенно не верила в эти теории, но острой гранью блеснувшая в словах водителя его личная боль, резанула её слух, и ей захотелось хотя бы немного поддержать его.

 - А это не важно. Вы же не будете ничего помнить в этой новой жизни. Поэтому для вас - ее словно и нет. Вы помните свой детский страх? У вас ведь, наверное, как и у всех, был в детстве страх - что вас закопают в земле и вы больше ничего не будете видеть. И как же мир дальше будет без вас? И как же такое может быть, что вы перестанете существовать?

 - Наверное...

 На самом деле Лида помнила. И не просто помнила, а словно внимая словам этого мужчины, она вдруг стала все больше и больше проникаться этой идеей. И  нырок в детство - в этот самый первый страх, который конечно же был и в ее жизни, отозвался в ней резкой тошнотой. Она дернулась к окну, открыла его быстрым движением руки, и стала жадно глотать воздух, словно выброшенная на песок рыбка.

 - Люди обычно быстро начинают чувствовать себя плохо физически - как только понимают на самом деле, о чем идет речь. Так что это - нормально, - прокомментировал её судорожный рывок к окну водитель такси. Впрочем - я вас предупреждал... И пути обратно уже нет. Потому что забыть это - невозможно. И вам придется научиться с этим жить. Жить с этой непреложной истиной о том, что вы однажды умрете.

  Он дернул рычаг коробки передач, и машина плавно тронулась с места, наконец обозначая возможность вырваться на окружную, по которой до аэропорта Лиде оставалось ехать всего пятнадцать минут.




  Лия с Катей шли по летней Москве, нагло сняв обувь и оставляя свои следы на аккуратных рядах кирпичиков Красной Площади.

  - Я не люблю бывать на похоронах, - продолжала их дневной разговор Катя. - Солнце медленно садилось, и придавало городу неповторимый золотистый загар.  - Дело не в том, что я на них страдаю. Как раз совсем наоборот: проблема в том, что я на них НЕ страдаю. Все присутствующие там люди искренне не понимают, как я так могу поступать и считают, поэтому, меня бесчувственным бревном.

- Что значит - ты НЕ страдаешь? Если ты там находишься, значит почивший в бозе - тебе не совершенно безразличный человек. Поэтому по умолчанию как-то его уход тебя затрагивает.

 - Нет. - Катя улыбнулась и продолжила не просто с невероятным спокойствием, а с веселой и озорной улыбкой.  - Я просто знаю, что они уходят. И примерно понимаю - куда они уходят. Поэтому передо мной лежит просто тело. И - я скажу тебе больше - я знаю это не просто умом, ну, например, как логическое предположение, а знаю это ....ну....как непреложную истину. Или как личный опыт.

 - Ты уже умирала? -  Лия улыбнулась.

 - Нет конечно. Просто с самого детства я помню, насколько остро я ощущала, что я не отсюда. Мне вряд ли удастся подобрать другие слова - но я просто знала, что я не "местная", как все, кто живет на Земле, а откуда-то пришла. Так что все мы откуда-то пришли и куда-то потом уйдем. Эл, кстати любит говорить на эту тему - ну в смысле на тему смерти. Поспрашивай его - будет интересно.

 - Да я еще после разговора про палец не могу отойти, - Лия засмеялась. - Совершенно дурацкое ощущение, что истина вертится где-то у тебя под носом, но ты никак не можешь ее ухватить.

 - Он мудр. Нечеловечески мудр. Когда я с ним общаюсь у меня невероятное ощущение, что ему - миллион лет. У него какая-то совершенно древняя сущность. Ему конечно здесь скучно - он прикалывается над нашими слишком человеческими проблемами.

 - А вот тут я с тобой не согласна. Я как раз услышала его одиночество. Он хочет - как и ты, как и я, найти свою родную душу.

 - С чего ты это взяла?

  - Слушай я не могу тебе объяснить, как это приходит в мою голову. Просто я иду, думаю про человека, и вдруг мне словно ложится понимание - то, которое, наверное, было бы очевидно, если смотреть совсем со стороны или абстрактно. Или...слушай, я правда не могу подобрать слов, но это все ложится как идея - к которой нет никаких предварительных логических шагов.

 - Как инсайт или озарение?

 - Примерно так. Но если потом рассмотреть его - то он получается чертовски логичен. Однако, когда он просто появляется в голове, словно пакет с депешой, такой объемный, и в нем не слова, а некое понимание - то это совершенно неожиданное появление. И информация в этом пакете тоже часто неожиданная.

 - И давно у тебя так?

 - С тех пор как я начала немного задумываться. И задавать внутри себя разные вопросы. Вопросы о мире и о людях, которые меня окружают или приходят в мою жизнь.

   Они шли вдоль Красной Площади и рассматривали витрины кафе, выбирая в каком можно посидеть и выпить чашечку кофе с круассанами.

- Сейчас мы попьем кофе и поедем ко мне домой. Я поведу тебя в шаманское путешествие.

 - Шаманское путешествие? Это как?

 - Увидишь, - Катя заговорщицки потянула на себя тяжелую деревянную дверь ближайшего к ним кафе и они погрузились в полумрак и прохладу.

 - Почему Эл сказал, что ты - мое зеркало?  - спросила Лия, лениво листая меню. На самом деле они уже заказали кофе, и ей просто надо было занять свои руки.

 - Мы с тобой похожи. Слишком. Похожее всегда притягивается. Ты отразилась во мне, а я в тебе. Изнутри себя многое не видно, а вот со стороны - совсем другое дело. В этом есть смысл - посмотреть на себя в другом, чтобы что-то увидеть новое или лучше понять себя. Например, когда мы с тобой познакомились - я целый день везде видела радугу. Думаю, что ты - видишь весь мир сама как радугу...

  Лия вздрогнула от неожиданного телефонного звонка и отложила дневник...

Глава 1.
Глава 2.
Глава 3.
Глава 4.
Глава 5.

Глава 6.

promo ladygodiva77 august 16, 2016 00:50 12
Buy for 20 tokens
Итак, получается, что наше тело, в самых непосредственных его проявлениях и глубинных физических и химических процессах, неразрывно соединено с окружающим пространством, словно вписано в некий всеобщий Вселенский цикл. И эта мысль возвращает нас к древнему примитивному анимизму, который…

?

Log in

No account? Create an account